 |
|
|
, считавшего, что тот знает многое. Бросив последний обрывок салфетки в пепельницу, Бонд сказал: &.. Лифт остановился на четвертом, последнем этаже. Ален повернул ключв замке, толкнул дверь и удивился темноте... - Нет, не хожу. - Ник, сидевший в темноте между двумя мальчиками, вглубине души чувствовал себя счастливым, что его дразнят Пруденс Митчель... Смотрите также: Творческий путь Джона Голсуорси Джон Голсуорси - сторонник реалистического искусства Вы читаете «Беглая», страница 55 (прочитано 100%) «В петле», закладка на странице 1 (прочитано 0%) «Белая обезьяна», закладка на странице 1 (прочитано 0%) «Встречи», закладка на странице 10 (прочитано 90%) «В ожидании», закладка на странице 1 (прочитано 0%) «Через реку», закладка на странице 10 (прочитано 4%) |
С корзиной, увитой
лентами, входит Арно. Поставив ее, направляется к столику за ширмой и вдруг Страницы: (55) : <<
Тем временем: ... Свернув на заднюю тропинку, я, к счастью, никого не встретил и без помехи прибыл на место. Будто целый век прошел, пока подполковник прибежал ко мне. Он ходил к портному, чтобы тот зашил дырки на его штанах, и объяснил наше поражение тем, что ненавистная Дроуви отказалась пасть. Поняв, как она упряма, он сказал ей: «Умри, малодушная!» — но увидел, что она глуха к доводам разума — в этом случае, как и в других. На другой день моя цветущая жена вместе с женой подполковника пришла в танцевальную школу. Как! Неужели она отвернулась от меня? Ха! Вот именно. С упреком во взоре она сунула мне в руку клочок бумажки и пошла танцевать с другим кавалером. На бумажке было написано карандашом: «Боже! Смогу ли я написать это слово? Неужели мой супруг… трутень?» Я прямо остолбенел, голова моя пылала, и я старался угадать, какой клеветник пустил слух, что мой род происходит от вышеупомянутого неблагородного насекомого. Тщетны были мои старания. Когда танцы кончились, я шепотом вызвал подполковника в раздевальню и показал ему записку. — Тут один слог лишний, — произнес он, мрачно сморщив лоб. — Ха! Как это лишний? — спросил я. — Она спрашивает, может ли она написать это слово. Выходит, что нет; видишь — не смогла и вместо него написала другое, — сказал подполковник, ткнув пальцем в строчку. — Какое же слово она хотела написать? — спросил я. — Трус с с, — зашипел мне в ухо пират подполковник, возвращая записку. Тут я понял, что или мне всю жизнь придется бродить по земле заклейменным мальчиком — то есть человеком, — или я обязан восстановить свою честь и потребовать, чтобы меня судили военным судом. Подполковник признал мое право на суд. Трудновато оказалось собрать судей, потому что тетка французского императора не захотела отпустить его из дому. А он был председатель суда. Но не успели мы назначить ему заместителя, как сам председатель сбежал от тетки, перелез через стену заднего двора и вернулся к нам самодержавным монархом. Суд состоялся на лужайке у пруда. Я узнал в одном адмирале из числа судей своего самого заклятого врага. Однажды он так ругался из за кокосового ореха, что я не вытерпел; однако я был уверен в своей невиновности и к тому же президент Соединенных Штатов (сидевший рядом с ним) еще не вернул мне моего ножа, поэтому я собрался с духом и приготовился к тяжкому испытанию... |