Действие первое. - В доме Джорджа Дедмонда. Вечер.
Действие второе. - В квартире Мейлиза. Утро.
Действие третье. - Сцена 1. - В квартире Мейлиза. Под вечер.
Сцена 2. - В квартире Мейлиза. Полдень.
Действие четвертое. - Небольшая зала в ресторане "Гаскония". Поздно
вечером.
Между I и II действиями проходит три дня. Между II действием и 1-й
сценой III действия - три месяца. Между 1-й и 2-й сценами III действия - еще
три месяца. Между 2-й сценой III действия и IV действием проходит полгода.
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Со вкусом убранная гостиная в квартире Джорджа Дедмонда. Две двери. Одна,
распахнутая, ведет в переднюю. Другая, завешенная портьерой, закрыта.
Сквозь большое окно в нише (занавеси на нем еще не задернуты) в зареве
летнего заката темнеют очертания Вестминстерских башен. В углу гостиной
стоит рояль. Слуга Пейнтер, гладко выбритый и серьезный, готовит столы для
бриджа. Через занавешенную дверь входит Берни, на редкость миловидная
девушка с лицом словно с картины Боттичелли. Пейнтер вопросительно смотрит
на нее. Берни в ответ озабоченно качает головой.
Пейнтер. Куда она ушла?
Берни. Должно быть, прогуляться.
Пейнтер. Не ладят они с хозяином. Увидишь, сбежит она от него в один
прекрасный день. Что говорить, настоящая леди. А уж эти аристократки, что
породистые лошади, - ни хлыста, ни узды не терпят. Нравится им в упряжке,
будут идти и идти, а если им что не по норову, сразу на дыбы... Как вы там
жили до того, как она за него вышла?
Берни. Жили, конечно, тихо...
Пейнтер. Не в городе, в усадьбе ведь... Ну, а отец ее, ректор, он-то
каков?
Берни. Отец-то? Он человек старый, степенный. А мать умерла задолго до
того, как я к ним поступила.
Пейнтер. И надо полагать, ни гроша за душой?
Берни. Ни гроша, а ведь их семеро.
Пейнтер (услышав, как хлопнула входная дверь). Хозяин!
Берни скрывается за занавешенной дверью. Входит Джордж Дедмонд. Он во фраке,
в цилиндре и пальто. У него широкое, довольно красивое лицо, чисто
выбритое, оставлены только аккуратные усики. Глаза спокойные, маленькие, в
них мало мысли.
... "Большой Мольн" имеет свойство воздействовать на нас
(по крайней мере, на некоторых из нас) чем-то, что лежит за пределами
собственно словесности; именно это свойство я пытался сообщить и своему
роману. Другой недостаток "Волхва", против которого я также не смог найти
лекарства, тот, что я не понимал: описанные в нем переживания - неотъемлемая
черта юности. Герой Анри Фурнье, не в пример моему персонажу, явственно и
безобманно молод.
Второй образец, как ни покажется странным, - это, бесспорно, "Бевис"
Ричарда Джеффриса {Роман "Бевис. История одного мальчика" (1882) - самое
популярное произведение писателя и натуралиста Ричарда Джеффриса. В этой
пространной книге скрупулезно описывается пребывание малолетнего героя на
родительской ферме. Большую часть времени мальчик предоставлен самому себе;
фермерский надел для него превращается в замкнутую, таинственную страну,
населенную растениями, животными и даже демонами.}, книга, покорившая мое
детское воображение. Писатель, по-моему, формируется довольно рано, сознает
он это или нет; а "Бевис" похож на "Большого Мольна" тем, что сплетает из
повседневной реальности (реальности ребенка предместий, рожденного в
зажиточной семье, каким и я был внешне) новую, незнакомую. Говорю это, чтобы
подчеркнуть: глубинный смысл и стилистика таких книг остаются с человеком и
после того, как он их "перерастает".
Третью книгу, на которую опирается "Волхв", я в то время не распознал,
а ныне выражаю благодарность внимательной студентке Ридингского
университета, написавшей мне через много лет после выхода романа и указавшей
на ряд параллелей с "Большими ожиданиями". Она и не подозревала, что это
единственный роман Диккенса, к которому я всегда относился с восхищением и
любовью (и за который прощаю ему бесчисленные погрешности остальных
произведений); что, работая над набросками к собственному роману, я с
наслаждением разбирал эту книгу в классе; что всерьез подумывал, не сделать
ли Кончиса женщиной (мисс Хэвишем) - замысел, отчасти воплощенный в образе
г-жи де Сейтас...
