Биография:

Джон Голсуорси (John Galsworthy) (14.08.1867 года - 31.01.1933 года) - английский писатель: прозаик, драматург, публицист.

Английский прозаик, драматург и поэт Джон Голсуорси родился в городке Куме, графстве Суррей, в состоятельной буржуазной семье. Единственный сын Джона Голсуорси, богатого юриста, директора Лондонской компании, и Бланш (Бартлит) Голсуорси, он получил образование в Харроу и Оксфордском университете. Став в 1890 г. адвокатом, он так и не занялся юридической практикой, предпочитая жить в свое удовольствие, много читать и путешествовать. Во время кругосветного путешествия, которое будущий писатель предпринял для углубления знаний в морском праве, Голсуорси встретил Джозефа Конрада, с которым подружился на всю жизнь.

В возрасте 28 лет под влиянием Ады Голсуорси, жены его двоюродного брата Артура, с которой у Голсуорси начался роман, молодой человек решает стать писателем и в 1897 г. под псевдонимом Джон Синджон выпускает свою первую книгу – сборник рассказов «Четыре ветра» («From the Four Winds»). Первый роман писателя «Джослин» («Jocelyn») появился годом позже, второй – «Вилла Рубейн» («Villa Rubein») – в 1900 г., а следующий сборник рассказов, вышедший еще через год, уже содержит упоминание о семье Форсайтов, которую ему предстояло увековечить в книгах более позднего времени. Под влиянием Тургенева, Мопассана и Льва Толстого Голсуорси в течение трех лет писал и переписывал свою пятую книгу – «Остров фарисеев» («The Island of Pharisees», 1904), первый роман, который Голсуорси выпустил под своим настоящим именем.

После смерти отца (1904) Голсуорси обрел материальную независимость, Ада переехала к нему, а когда через год закончился ее бракоразводный процесс, молодые люди поженились. Возможность жить вместе, не скрываясь, после девяти лет общественного порицания, резких нападок со стороны родных и друзей вдохновила Голсуорси на роман «Собственник» («The Man of Property»), который был закончен в 1906 г. и в котором описан неудачный брак Ады на примере отношений Сомса и Ирен Форсайт. Это роман, принесший Голсуорси репутацию серьезного писателя, стал самым известным из его произведений. По словам Дадли Баркера, Голсуорси утверждал, что «на этих страницах он высек крупную буржуазию». «Собственник» явился первым томом трилогии «Саги о Форсайтах» («The Forsyte Saga»). К Форсайтам Голсуорси не возвращался вплоть до конца первой мировой войны, однако за это время выпустил «Усадьбу» («The Country House», 1907) – роман о мелкопоместном дворянстве, «Братство» («The Fraternity», 1909) – об интеллигенции, и «Патриций» («The Patrician», 1911) – об аристократии.

В результате постановки первой законченной пьесы Голсуорси «Серебряная шкатулка» («The Silver Box», 1906) писатель получил признание и как драматург. Самыми удачными пьесами, написанными Голсуорси до первой мировой войны, кроме «Серебряной шкатулки», были «Борьба» («Strife», 1909) и «Справедливость» («Justice», 1910). Все три пьесы реалистические и разоблачают социальные злоупотребления; последняя же («Справедливость») осуждает практику одиночного заключения, в связи с чем Уинстон Черчилль заявил, что эта пьеса оказала серьезное влияние на его программу тюремной реформы.

Голсуорси тратил не меньше половины своих доходов на благотворительность и активно выступал за социальные реформы, агитировал за пересмотр законов о цензуре, разводе, минимальной зарплате, женском избирательном праве. Даже смертельно больной, писатель распорядился, чтобы Нобелевская премия была передана ПЕН-клубу (поэты, эссеисты, новеллисты) – международной писательской организации, которую Голсуорси основал в октябре 1921 г.

В 1917 г. Голсуорси отказался от рыцарского звания, полагая, что писатели и реформаторы принимать титулы не должны. В начале следующего года писатель выпустил сборник из новелл, озаглавленный «Пять историй» («Five Tales»); в одной из новелл – «Последнее лето Форсайта» («The Indian Summer of a Forsyte») – Голсуорси вновь возвращается к семье Форсайтов. «В петле» («In Chancery»), второй том «Саги о Форсайтах», появился в 1920 г., а «Сдается внаем» («To Let»), последняя часть трилогии, – в 1921 г. Однотомник «Саги о Форсайтах», вышедший в 1922 г., имел колоссальный успех, благодаря которому Голсуорси стал ведущей фигурой в англо-американской литературе.

Неукоснительно соблюдая правило писать каждое утро, Голсуорси создал внушительный объем литературной продукции, куда входят 20 романов, 27 пьес, 3 сборника стихотворений, 173 новеллы, 5 сборников эссе, по меньшей мере 700 писем и множество очерков и заметок различного содержания.

Вторую трилогию о Форсайтах, озаглавленную «Современная комедия» («A Modern Comedy»), писатель закончил в 1928 г.; «Современная комедия» была издана посмертно в одном томе в 1929 г. Последняя трилогия Голсуорси, посвященная семье Чаруэлл, была выпущена в 1933 г. женой писателя под заглавием «Конец главы» («End of the Chapter»).

В 1929 г. Голсуорси был награжден британским орденом «За заслуги», а в 1932 г. ему была присуждена Нобелевская премия по литературе «за высокое искусство повествования, вершиной которого является "Сага о Форсайтах"». «Автор проследил историю своего времени на протяжении трех поколений, – сказал представитель Шведской академии Андерс Эстерлинг, – и то, что писатель с таким успехом овладел чрезвычайно сложным как по объему, так и по глубине материалом, делает ему честь. «Сага о Форсайтах» – заметное явление в английской литературе». Эстерлинг поздравил Голсуорси с тем, что ему удалось разглядеть за судьбами отдельных персонажей «исторический фон», «трансформацию и распад викторианской эпохи вплоть до наших дней». Эстерлинг сравнил мастерство Голсуорси-новеллиста с тургеневским, особо отметив его иронию, «синоним жизнелюбия и человечности». Голсуорси был тяжело болен (опухоль мозга) и на церемонии награждения не присутствовал; меньше чем через два месяца после вручения ему Нобелевской премии писатель скончался.

После смерти Голсуорси его слава пошла на убыль. Самыми непримиримыми из его критиков были Д.Голсуорси Лоуренс и Вирджиния Вулф. Обвиняя Голсуорси и его современников Арнольда Беннетта и Герберта Уэллса в пропаганде, Вулф писала: «Чтобы их романы закончились, герою нужно что-то сделать – вступить в какое-то общество или, что еще ужаснее, выписать чек». На страницах «Спектейтора» («Spectator») в 1963 г. английский критик Бернард Бергонци заметил, что, «нарушив светские условности, Голсуорси стал писателем, но стоило ему утвердиться в этом качестве, как он тут же вновь стал жертвой предрассудков своего класса и воспитания... Голсуорси продолжал оставаться великолепным рассказчиком... Но как только он перестал быть сатириком, его творчество утратило свой эмоциональный стержень». Английский прозаик Энтони Бёрджесс в своей статье в «Нью-Йорк Тайме Мэгэзин» («New York Times Magazine») (1969) также отмечал, что Голсуорси умел завоевывать читателя, однако писал рассудком, а не сердцем. «Он оказал влияние на таких гигантов, как Томас Манн, его читали во Франции и боготворили в России, – писал Бёрджесс, – однако у себя на родине, в Англии, он завоевывал сердца посредственностей. Интеллектуалы его отвергали». Для Бёрджесса Голсуорси остается одним из многих английских писателей своего поколения, который «меньше заботился о словах, чем о том, что за словами кроется». Хотя моральные ценности и литературное мастерство Голсуорси могут показаться старомодными в эпоху, когда доминирующими темами являются отчуждение и социальный нигилизм, он «останется в истории литературы последним крупным прозаиком викторианской эпохи», – утверждает американский критик Эрл Э. Стивенс.

При жизни Голсуорси удостоился почетных степеней Тринити-колледжа, Дублинского университета, а также почетных степеней Кембриджского, Оксфордского и Принстонского университетов, университетов Манчестера и Шеффилда.

Тем временем:

... Я не знал их адресов. Перерыв телефонную книгу, я обзвонил не менее сорока мест, но никого из них не нашел. Но я и не думал сдаваться. Я все же знал одно место, где обязательно можно найти кого нибудь из них.

2

Этот кабачок находился в конце улицы Фум, на самом берегу Сены, почти в центре Парижа. Но он был настолько незаметен со стороны, что посетителей в нем было мало. О существовании этого кабачка я узнал из письма Анны. Она писала, что все мои друзья собираются в этом заведении. В отеле я переоделся в кожаную куртку и кожаные брюки. В этом был некий оттенок воспоминаний прошлого – в то время, когда Париж был под властью бошей, я одевался точно так же. Меня даже звали тогда «Кожаная Смерть». Было уже шесть часов вечера, когда я разыскал этот кабачок и по истертым ступеням спустился вниз. Заведение было почти пустым, и я, не увидев никого из знакомых, направился к стойке бара. Бармен, высокий, плотный человек с небольшими усиками и сверкающей лысиной, протирал стаканы: излюбленное занятие всех барменов. – Привет, – сказал я ему. Он угрюмо посмотрел на меня. – Мне нужен Жак Дюкло. – Я его давно не видел, – ответил он и посмотрел на меня уже с интересом. – Тогда Франсуа Беттен. – Его тоже давно у нас не было. Я перечислил всех семерых, но бармен все время отрицательно качал головой. – Они перестали ходить в мой бар что то около двух недель назад, возможно, нашли место получше… – Он снова занялся протиранием стаканов. – Виски есть? – с надеждой спросил я. – Сто франков, – ответил он, вытаскивая бутылку. – О'кей, – сказал я и кинул на стойку несколько смятых банкнот. Усевшись за дальний столик так, чтобы видеть всех посетителей, я опорожнил стакан и закурил сигарету. Перед самой войной я совершенно случайно оказался во Франции. Мы с женой совершали свадебное путешествие и были так поглощены друг другом, что не заметили, как немцы оккупировали Францию. Война застала нас в Париже. Мы пытались перебраться через границу, но были схвачены. Пятеро грязных немецких солдат схватили нас на дороге. Меня связали, и я видел, как эти скоты впятером изнасиловали и убили мою жену...

Джеймс Хэдли Чейз (James Hadley Chase)
«Наперегонки со Смертью»