Он
только что побрился: щеки у него были синие и гладкие, над ними - черным
взрывом - смоляная шевелюра, челюсть мощная, как у пирата или боксера. Он
был у нас помощником кока...
Наконец, совсем огорченный, он пошел посоветоваться с отцом. Прометей со своей скалы видел много из того, что делается на небе, да и орел не тол..
У парня были блестящие гладко зачесанные назад иссиня-черные
волосы. Из открытого рта с минуту доносился жалобный вой. Затем он
небрежно надел шляпу и косолапо, бочком направился к стене...
икра красная оптом В наше время приобрести красную икру в Москве можно в любом гипермаркете, но нет гарантий, что это будет действительно качественный продукт. Интернет магазин CAVIAR-ONLINE ручается за качество продаваемых им морепродуктов, в том числе крабового мяса и икры красной зернистой в Москве и Подмосковье. www.caviar-online.ru
Джон Голсуорси (John Galsworthy) (14.08.1867 года - 31.01.1933 года) - английский писатель: прозаик, драматург, публицист.
Английский прозаик, драматург и поэт Джон Голсуорси родился в городке Куме, графстве Суррей, в состоятельной буржуазной семье. Единственный сын Джона Голсуорси, богатого юриста, директора Лондонской компании, и Бланш (Бартлит) Голсуорси, он получил образование в Харроу и Оксфордском университете. Став в 1890 г. адвокатом, он так и не занялся юридической практикой, предпочитая жить в свое удовольствие, много читать и путешествовать...
... Его охватила бесконечная жалость ко всем
заключенным внизу - во мгле, к людям его родины, также потонувшей в туманной
дали, - бесконечная жалость, бесконечная тоска по слиянию с ними и с их
судьбой.
Откуда-то из тумана донеслись в это мартовское утро четыре удара
церковного колокола и потом - словно сами себе возвещали они время - еще
восемь, более звонких. И сам он ощутил себя словно вознесенным на
колокольню, невыразимо одиноким, - мир расстилается перед ним, а за ним,
погруженная в сумерки сна, покоится его жена.
Всей душой захотелось ему разорвать эту мягкую завесу тумана, ощутить
хоть какие-нибудь признаки пробуждения жизни. Когда он пристально всмотрелся
вниз, ему показалось, что в сером тумане, там, где кончается деревня и
дорога короткими извилинами поднимается в гору, что-то медленно движется, -
не то человек, не то зверь. Это еле видное, маленькое существо приближалось,
вселяя в него радость сознания, что еще кто-то бодрствует, и возбуждая
любопытство, жгучее и болезненное. На перекрестке, там, где дороги
расходились, одна - в соседнее селение, другая - сюда, наверх. появилась
серая фигура. На мгновение она, как бы отдыхая, замедлила шаг. Потом
неторопливо стала взбираться по тропинке на холм.
Беспокойство овладело Фердинандом. "Кто этот чужой? - подумал он.-
Какая сила выгнала его в это утро, как и меня, из тепла и сумрака комнаты?
Не ко мне ли он, и что ему нужно от меня?" Теперь, вблизи, сквозь
рассеявшийся туман, он узнал его: это был почтальон. Каждое утро, когда
церковные часы били восемь, он взбирался сюда, наверх; Фердинанду знакомо
было его неподвижное лицо с рыжей, слегка поседевшей, морского типа бородой,
в синих очках. Его фамилия была Нуссбаум, Фердинанд же прозвал его
"Щелкунчиком" за деревянность движений и важный вид, с которым он
перебрасывал свой большой черный кожаный мешок на правую сторону, передавая
с величественным видом письма. Фердинанд не мог удержаться от улыбки, глядя,
как почтальон, тяжело ступая шаг за шагом, с мешком, переброшенным через
левое плечо, старается придать своей мелкой походке значительный вид...
